Боб Шоу. Невероятный дубликат



Кобурн глядел на свою приятельницу с растущим чувством ужаса. Он, конечно, слышал, что бес порой вселяется в совершенно нормальных женщин, но всегда считал, что Эрика искушениям неподвластна.
- Раньше ты не говорила, что нам следует пожениться, - пролепетал он, - Кроме того, ты же зоолог.
- Значит, у меня блохи? Или бруцеллез? - Эрика выпрямилась во весь рост, уставившись зелеными глазами в лоб Кобурну, В этот момент ее мускулистое скандинавское тело было прекрасно как никогда, но Кобурну Эрика показалась коброй, угрожающе раздувшей капюшон.
- Нет, нет, - поторопился сказать он. - Я только имел в виду, что человек твоей профессии должен знать, насколько неестественно моногамное состояние для,,.
- Для животных... Ах, вот кем ты меня считаешь!
- Ну, ты, бесспорно, не минерал и не растение, - Кобурн отчаянно силился улыбнуться. - Это шутка, дорогая
- Я так и поняла, глупыш, - Эрика, неожиданно смягчившись, придвинулась к нему. Кобурна буквально захлестнули ощущения: теплота, золотая канитель волос, запах духов, а также округлости и выпуклости, способные довести до амнезии. - Но признайся: ты ведь не прочь стать мужем такого здорового животного, как я?
- Ну, конечно, мне... - сообразив, к чему клонится дело, Кобурн умолк. - Проблема в том, что я просто не могу на тебе жениться.
- Это почему же?
- Ну, видишь ли... - его разум заметался в поисках спасительной отговорки, - в общем, я, э-э-э... поступил на службу в Космическую Торговую Эскадру.
Эрика невольно отпрянула:
- Чтобы от меня сбежать!
- Нет. - Кобурн широко распахнул глаза, надеясь, что так больше будет похож на фанатика-звездопроходца. - Это высшая тяга, дорогая. Ничего не могу с ней поделать. Неизведанные дали зовут меня к себе. Моим ногам не терпится. ступить на пыльные тропы чужих звезд.
- Планет, - язвительно поправила Эрика.
- Ну да, я и хотел сказать "планет".
- Тогда я тоже уеду. - Ее глаза наполнились слезами. - Чтобы забыть о тебе.
Природа наделила Кобурна добрым сердцем, и ему было неприятно видеть Эрику расстроенной. Но он утешался мыслью, что счастливо избежал супружеских уз, которые, как известно любому гражданину двадцать первого века, являются тягомотным анахронизмом.
Тем сильнее было его удивление, когда он обнаружил - спустя три дня после отъезда Эрики с экспедицией в какую-то немыслимую дыру - что жизнь утратила для него интерес. Все удовольствия, которые так влекли его, пока Эрика толковала о свадьбе, не заслуживали теперь даже названия удовольствий.
В конце концов, придя к выводу, что невзгоды достигли апогея и хуже все равно не будет, Кобурн принял то единственное решение, которое подсказывала логика.
Он поступил на службу в Космическую Торговую Эскадру.
Спустя некоторое время судьба дала понять Кобурну, что вывод "хуже не будет" был слишком поспешным. Это внезапное озарение настигло его на четвертом месяце службы.
Хотя Кобурн не имел ни опыта управления звездолетом, ни особых способностей к этому, он успешно справился с двухнедельным начальным курсом - благодаря Универсальному Пульту Управления, этому практически идентичному элементу всех транспортных средств от автомобиля и самолета до подлодки и космического корабля. Универсальный Пульт позволял пилоту сосредотачиваться не на процессе передвижения, а на его цели.
Мысли Кобурна как раз и были заняты доставкой груза флюоресцирующих мехов из одной захолустной планетной системы в другую, когда в его затылок вдавилось что-то холодное и металлическое. Удивленный появлением "зайца" на борту своего одноместного корабля, Кобурн издал тихий возглас, который тут же перешел в панический вопль - Кобурн сообразил, что предмет, приставленный к его затылку, мог быть только пистолетом.
- Это пистолет, - подтвердил хриплый голос. - Будешь делать, что я тебе скажу, - останешься цел.
- Э-э-э... я хочу домой. Это вам подходит?
- Нет, не подходит, - незваный гость, выйдя из-за кресла пилота, встал перед Кобурном. Это был крепко сбитый мужчина лет сорока, с бритой головой, Его череп и лицо покрывала рыжеватая щетина.
Кобурн понимающе кивнул головой:
- Если бы вы хотели попасть на нашу базу, то прятались бы до конца рейса?
- Вот именно.
- Следовательно, вы хотите, чтобы я совершил посадку где-то еще.
- Опять в точку, сынок. А теперь двигай ко второй планете Тонера, - рыжий постучал пальцем по яркому мерцающему огоньку у самого края экрана переднего обзора.
- Не может быть! Вы уверены, что вам надо именно туда? Эта планета необитаема.
- Потому-то мне туда и надо, сынок. Я Пэтси Эккерт.
При звуке этого имени у Кобурна похолодело в груди. Эккерта нельзя было назвать выдающимся преступником - для этого он слишком часто попадался, - но его разыскивала полиция сотни планет. Он, по-видимому, был физически неспособен и шагу ступить, не нарушая закона. Воровство, шантаж, изнасилования и убийства были для него таким же обычным, естественным образом жизни, как работа и отдых для других.
- Я думал, что вас... - пролепетал Кобурн.
- Казнили? Да нет пока. Мне удалось смыться, но теперь, похоже, придется на пару лет залечь на дно. В таком месте, где им и в голову не придет меня искать.
Кобурн, не будучи дураком, попытался перевести беседу в другое русло, пока гость не пришел к неминуемому выводу относительно его, Кобурна, дальнейшей судьбы.
- Но вы вполне можете найти убежище получше, - он указал на кольцо экранов, опоясывающее рубку. - Вы только посмотрите на просторы Галактики. Тысячи огоньков, и каждый из них - это планета...
- Звезда, - вмешался Эккерт, с любопытством уставившись на Кобурна.
- Ну да, я и хотел сказать "звезда", И наверняка где-то в этих бескрайних, пустынных просторах...
Эккерт поднял руку с пистолетом:
- Сынок, если ты не хочешь, чтобы в твоей башке стало слегка просторнее, давай правь, куда тебе говорят, ясно?
Кобурн мрачно кивнул и начал вводить в бортовой компьютер команды, которые должны были повернуть корабль к ближайшей звезде и произвести автоматическую посадку на ее второй планете. Само собой, Эккерт, сойдя с корабля, не позволит ему продолжать путь, и лучшее, на что мог надеяться Кобурн, - это жизнь "робинзона" на неисследованной планете. Единственной альтернативой была скоропостижная смерть после посадки. Кобурн в скорбном молчании следил за тем, как корабль совершает один подпространственный скачок за другим. Искомая планета на экране то расплывалась кляксой, то вновь появлялась, с каждым скачком становясь все больше. Наконеи, выросшая до размеров блюдца вторая планета повисла над кораблем. То был ватно-белый шар, одетый сплошной облачной пеленой.
- Посадочных маяков тут нет, так что рассчитать прямой скачок не удастся, - сказал Кобурн. - Придется садиться линейно - через нормальное пространство,
- Не бойся - я к этой планете давно приглядываюсь. Под тучами сплошная травянистая равнина.
Пока Кобурн проверял точность его слов с помощью дальнодействующего радара, Эккерт снова встал у него за спиной и вдавил дуло пистолета во впадину у основания его черепа.
В тоске и отчаянии Кобурн предался думам об Эрике, о том, что жил бы сейчас беспечно и счастливо с молодой женой, когда б черт не дернул его покинуть теплую и безопасную Землю. "Вот оно, - сказал он себе, когда корабль нырнул в клубящуюся мглу атмосферы Тонера-2. - Это и есть апогей моих невзгод. Хуже просто быть не может".
И вновь оказался неправ.
Когда после скольжения корабль преодолел последний, нижний слой облачности, Кобурн увидел прямо перед носом звездолета - там, где следовало бы находиться плоской равнине - массивную, странно знакомую гору со снежной шапкой на вершине.
И едва он успел вскрикнуть, как корабль врезался прямо в каменистый склон.
Придя в себя, Кобурн обнаружил, что лежит на накренившемся, но неповрежденном полу своей рубки. Эккерт, как занавеска, свешивался с приборного щита. Вид у него был озадаченный и сокрушенный. Электронные датчики хором тревожно взывали к пилоту, но это обрадовало, а не испугало Кобурна. Ему казалось чудом, что после такой аварии хоть что-то подает признаки жизни. Слабо мотнув головой, он задумался о невероятности всего происшедшего. Но тут Эккерт, нашарив пистолет, вновь навел его на Кобурна.
- Как ты это провернул? - прорычал он.
- Что "это"?
- Как ты подогнал скачки, чтобы мы сели на Земле?
- С чего вы взяли?
- Не придуривайся, сынок. Знаешь, во что мы чуть не врезались? В Эверест!
Кобурна мутило, он был напуган и разозлен - и вдруг ощутил, что плевать хотел на пистолет рыжего:
- Пойми своей дурьей башкой, что если б я придумал такую технику скачков, то был бы миллиардером, а не...- у Кобурна перехватило горло: в его голову забрела странная мысль. Чудовищное нагромождение скал, мельком увиденное им перед столкновением, действительно походило на Эверест. С трудом поднявшись на ноги, он взглянул на экран, но все панели обзора после аварии погрузились во тьму. В его мозгу зашевелилась одна мысль.
- И вот что я вам еще скажу, мистер: мы не то что "чуть не врезались" в эту гору - мы просто въехали в ее склон! От нас не должно было и мокрого места остаться.
Эккерт, набрав в грудь воздуха, зловеще нахмурился:
- Я-то знаю, что никаких гор на Тонере-2 нет.. Раздался пронзительный звонок - приборы оповещали, что смертоносное радиоактивное топливо льется сквозь поврежденные переборки в жилую часть корабля.
- Потом разберемся, - рассудил Кобурн. - Надо смываться
Он взломал аварийную дверцу, из которой открылся вид на крутые белые склоны, и спрыгнул с порога в снежный сугроб Секундой позже ему на голову плюхнулся Эккерт Они сели на корточки, вдыхая холодный, пахнущий смолой воздух и оглядываясь по сторонам. Звездолет покоился в длинной, мелкой ложбине, окруженный образовавшимися при падении снежными валами. Позади к свинцовому небу вздымались застывшие каменные громады. Кобурну снова пришел на ум Эверест - и это было не менее странно, чем тот факт, что он еще жив..
- Эта фигня теплая, - воскликнул Эккерт, зачерпнув пригоршню белых хлопьев. - На нормальный снег не похоже
Кобурн поднес комочек белого вещества к глазам и увидел, что пушистые хлопья больше напоминают кусочки пенопласта. Сильный запах смолы, которым, казалось, насквозь был пропитан воздух Тонера-2, въедался в ноздри ударял в голову
- Лучше отойти от корабля подальше, - скзал Кобурн неуверенно. - А то вдруг взорвется.
Они побрели прочь от помятого корпуса звездолета, инстинктивно двинувшись по склону. Сильный ветер швырял в лицо струн снега и тумана, но время от времени землянам удавалось разглядеть далеко внизу что-то вроде серо-зеленой равнины
- Похоже, это правда не Земля, - смирился Эккерт - И все равно, чудные здесь дела творятся.
Прошел час. Они немного продвинулись вперед на своем пути к подножию горы - белое вещество под ногами, несмотря на все свое несходство с земным снегом, было таким же скользким и так же налипало комьями на обувь. Кобурн хранил скорбное молчание и, лишь оступаясь или падая, разжимал губы для короткого стона. Он с болью и тоской думал об Эрике, оставшейся на Земле, за барьером во много световых лет, и гадал, доведется ли ей когда-нибудь узнать о его таинственном исчезновении. Вдруг его слуха достиг далекий крик. Ветер тут же отнес в сторону этот ничтожный обрывок звука, но по лицу Эккерта было видно, что и он слышал.
- Туда, - сказал Эккерт, указав влево от себя. - Там кто-то есть.
Они двинулись поперек склона. Через несколько минут Кобурн различил сквозь мглу лимонно-зеленое сияющее пятно. Свет явно исходил от искусственного источника. Кобурн чуть не ринулся на сияние очертя голову, но Эккерт вновь выхватил пистолет.
- Не спеши, сынок, - рявкнул он. - Мне что-то неохота совать голову в петлю.
Они подошли к невысокому бугру, над которым и парило сияние, теперь очень яркое. Ползком - так распорядился Эккерт - они добрались до вершины бугра и боязливо заглянули вниз. Не более чем в ста шагах от них из снега торчали два черных столба, разделенных расстоянием фута в четыре. Оба столба были облеплены внизу железными ящиками и опутаны проводами. Прямоугольное пространство между столбами было словно задернуто мерцающим, потрескивающим, светящимся занавесом, непроницаемым для глаза. Снег вокруг был истоптан множеством ног. Все это почему-то напомнило Кобурну дверной проем, который забыли снабдить дверью.
Спустя несколько секунд это впечатление подкрепилось неожиданным появлением двух бурых, мохнатых горилл, которые вышли из сияющего прямоугольника и, пританцовывая на снегу, принялись выдирать из своей шерсти сосульки. Из прямоугольника за их спинами вырвался неистовый снежный шквал, хотя - как успел заметить Кобурн - в этот момент на Тонере-2 было относительно безветренно, и снег не шел. По спине Кобурна поползли мурашки - он уже предчувствовал разгадку.
- Ну и уроды! - раздался шепот Эккерта. - Не знаешь, откуда они?
- В атласе Торговой Эскадры их нет, но ты сам знаешь, что Федерация Земли - лишь крошечная часть Галакоммуны Есть тысячи цивилизаций, о которых мы ничего не знаем...
- Чем меньше о таких рожах знаешь, тем лучше, - возразил Эккерт, слегка ошарашив Кобурна своим шовинизмом, впрочем, неудивительным в свете его антипатии ко всем устоям человеческого общестна.
- Вон еще идут, - заметил Эккерт. - Слушай... эта штука случайно не передатчик материи?
Действительно, появилось еще четверо горилл. Двое несли треноги, слегка напоминающие геодезические теодолиты Один из новоприбывших заговорил скрипучим голосом такого странного тембра, что Кобурн не сразу понял, что существо говорит на галалингве.
- ...от руководителя отдела Текущего Ремонта, - продолжала горилла. - Он сообщил, что небольшое судно земного типа неожиданно вошло в атмосферу планеты менее чем два часа тому назад. Поскольку абсорбированные поля скрыли наше сооружение от его радаров, оно врезалось в северный склон в самой середине Великого Ущелья, частично разрушило новую отопительно-охладительную систему и выскочило на поверхность на южном склоне, несколько выше ледника Кхумбу.
Другая горилла восторженно запрыгала:
- Насквозь пролетело! Значит, оно где-то здесь.
- Вот почему мы отозвали с Земли все геодезические партии Вы должны присоединиться к поискам. Все строительные работы приостанавливаются, пока мы не удостоверимся, что команда мертва.
- Их, что, надо убить?
- При необходимости. Затем потребуется найти корабль и удалить его из системы Тонера, пока его радиомаяк не запеленговали спасатели.
Вторая горилла от огорчения перестала подпрыгивать
- И стоит так возиться с каким-то примитивным кораблем!
- Стоит. Ты только вообрази, что с нами сделает Комитет, если распространятся слухи об Эвересте-2! Двести лет труда на ветер!
Эккерт больно стиснул плечо Кобурна:
- Слышал, что он сказал? Он толковал про вызов геодезистов с Земли - с Земли, понял? А те уроды, что вышли из зеленого света, несли геодезические приборы! По-моему, это передатчики материн. Один шаг - и я на Земле!
- Я думал, ты хочешь укрыться где-нибудь в захолустье, - проговорил Кобурн в растерянности. Его голова была забита другими мыслями. Весьма тревожными.
- Если я доберусь до Земли в один момент, не оставив следов, это будет лучшее убежище на свете. Кто додумается меня там искать?
Кобурн нетерпеливо сбросил со своего плеча руку Пэтси:
- Ну и ладно. Слушай, я только что понял, почему мы врезались в вершину и остались живы, и почему здесь пахнет смолой, и почему этот снег ненастоящий.
- Ты чего, сынок? - покровительственно процедил Эккерт, жадно пожирая глазами сияющий зеленый прямоугольник.
- Разве ты еще не догадался? Эти существа строят из стекловолокна копию Эвереста!
- Мать их за ногу, - добродушно пробурчал Эккерт, даже не оглянувшись. Припав к земле, он следил за группой инопланетян. Те деловитым шагом направились прочь от ворот и прошли совсем близко от бугра, но землян никто из них не заметил. Как только гориллы скрылись за завесой снегопада, Эккерт, обернувшись к Кобурну, направил на него пистолет.
- Тут наши дорожки расходятся, - сказал он. - Я пойду сквозь зеленый свет.
- А как же я?
- Очень жаль, сынок, но ты единственный, кто мог бы меня заложить. Извини, - и он прицелился в Кобурна.
- Послушай, ведь если ты выстрелишь, наши мохнатые друзья услышат. Они могут оказаться со всех сторон. И тогда за тобой погонятся.
Эккерт призадумался:
- Твоя правда. Я лучше вот что сделаю - я разломаю черные ящики у столбов, когда пройду в ворота. Вот дверочка и захлопнется. А тебя мы на время стреножим, - словно заправский боксер он ткнул Кобурна в солнечное сплетение дулом пистолета. Кобурн почувствовал, как из его легких изливается воздух. Он оставался в сознании, но парализованные мышцы отказывались сделать вдох. Кобурн до смерти перепугался. Вязкий, смешанный с пеной хрип вырвался из его горла. Эккерт вскочил и, низко пригнув рыжую голову, побежал к воротам.
Он почти достиг их, когда из сияющего облака появилась еще одна горилла. Эккерт выстрелил инопланетянину в живот. Тот грузно сел на снег, схватился за поясницу, потом мягко опрокинулся на спину. С той стороны, куда ушла первая группа инопланетян, послышались гортанные крики. Эккерт оглянулся по сторонам, прыгнул в зеленый прямоугольник и - только его и видели.
Кобурн внезапно почувствовал, что опасность этой планеты для его здоровья резко возросла. Это ощущение было таким сильным, что он, преодолевая паралич, хотел было на четвереньках доползти до ворот, но инопланетяне уже возвращались. Кобурн понял, что не успевает, и снова распластался на снегу. Из мглы вынырнули призрачные фигуры гуманоидов. Четверо из них принадлежали к уже знакомому типу гориллообразных, но у двоих других кожа была голая, зеленоватая. Они были одеты в желтые туники. Кроме того, они были гораздо худее своих спутников. Их лысые головы сверкали, как тщательно вымытые яблоки.
Инопланетяне столпились вокруг распростертой на снегу убитой гориллы, вполголоса поговорили между собой и стали свирепо озираться по сторонам. Их тяжелые взгляды могли обжечь камень. Кобурн вдруг обратил внимание на следы ботинок Эккерта, ведущие от ворот прямо к его укрытию на бугре. Секундой позже то же самое заметили и инопланетяне. Рассыпавшись по местности веером, они двинулись в сторону Кобурна. Он отчаянно пытался зарыться в неподатливый грунт, но тут всеобщее внимание было привлечено неожиданным происшествием.
Из сияющего прямоугольника ворот вывалился, шатаясь, Пэтси Эккерт.
Облепленный с головы до пят настоящим снегом, он так дрожал, что едва держался на ногах. Его лицо, насколько можно было разглядеть за сосульками и инеем, заливала мертвенная бледность. Одна из горилл тут же заметила Эккерта и подняла крик. Инопланетяне всем скопом ринулись к Эккерту. Тот попытался было поднять пистолет, но оружие вывалилось из его пальцев. Один из безволосых мастерской футбольной подножкой свалил Эккерта на снег, и рыжий пропал из виду за мельтешением инопланетных тел.
Меж тем Кобурн, притаившись в своем относительно безопасном убежище, успешно продолжал размышлять о синтетической копии Эвереста. Если его предположения верны, ворота вели не в любое, произвольное место на планете Земля - они должны были соединять копию с сответствующей точкой настоящего Эвереста, чтобы облегчить перенос результатов геодезических замеров. Следовательно, Эккерт вынырнул на склоне Эвереста посреди зимы, а в тамошних условиях не выживешь и минуты без защитной маски и костюма с подогревом. Гориллообразные инопланетяне, по-видимому, переносили этот адский холод, благодари своей длинной и густой шерсти, и если они тайно наведываются на Землю уже в течении двух столетий...
"О Боже, - подумал Кобурн. - Я сподобился увидеть ужасного снежного человека! Да не одного, а сразу кучу".
Все давнишние непроверенные наблюдения, все необъяснимые отпечатки босых ног на снежных склонах Гималаев, все легенды об йети... - и все из-за этих пришельцев с чужой планеты, которые, руководствуясь какими-то собственными соображениями, сооружают пластиковую копию высочайшей горы Земли.
Тайна предназначения Эвереста-2 грозила вызвать у Кобурна умственное переутомление, но, к счастью, его отвлекло происходящее у ворот. Позабыв о бездыханном теле своего товарища, инопланетяне подхватили беспомощного Эккерта и понесли его в зеленоватую мглу. Они вновь прошли мимо бугра, но Кобурна не заметили. Способность дышать наконец вернулась к нему. Дорога к воротам была открыта. Но теперь Кобурн знал, что этим путем не спасешься. Он достал из сумки на поясе питательную пилюлю, задумчиво разжевал ее, потом двинулся вслед за группой инопланетян, держась от них на почтительном расстоянии.
Пройдя около километра по снежным склонам, они оказались среди голых скал, где были встречены отрядом из четырех безволосых. Те остановились посмотреть на Эккерта, еще трясущегося от холода. Один из них слишком низко наклонился к Пэтси, который не замедлил проявить свою неистребимую сноровку и ударил любопытного кулаком в переносицу. Сгорая от зависти к некоторым чертам характера рыжего рецидивиста, Кобурн подполз поближе к отряду, чтобы подслушать разговоры инопланетян. У него сложилось впечатление, что представители обоих видов были довольно близоруки, и он не особенно боялся приближаться к ним.
- ... судя по тому, что мы обнаружили на корабле, землян было двое, - гнусавил на галалингве один из новоприбывших зеленых гуманоидов. - До прибытий шефа мы должны найти второго.
- Похоже, вину опять свалят на нас, - пожаловалась самая малорослая горилла. - Я всегда говорил, что следует обзавестись орбитальным поясом обороны.
- И привлечь внимание? Ты же знаешь, как относится Комитет Галаигр к нарушению устава. Если нашу альпинистскую команду застигнут за отработкой восхождения на Эверест, нас дисквалифицируют как минимум на десять столетий.
Маленькая горилла не была удовлетворена ответом:
- А откуда известно, что они обязательно выберут Эверест?
- Ты что-то растерял всякую почтительность к старшим, Велло, - заявил безволосый. - Эверест - великолепная гора, отвечает всем требованиям для соревнований. Ты же занешь, как трудно разведчикам из Комитета каждые пять столетий подыскивать новую подходящую гору. Они ведь могут выбирать лишь из планет, которые точно будут готовы к вступлению в Галакоммуну до следующих Игр. Это непросто, особенно когда туземцы бдительны, чуть что, начинают устраивать охоту на НЛО.
- И все равно мне кажется, что эта тренировочная модель не стоит таких затрат.
- Мой юный друг, ты явно еще не созрел умом, чтобы в полной мере оценить масштабность престижа и политического капитала, который обретает планета, выставившая сильнейшую команду.
В разговор вступили и остальные. Они прямо-таки наседали на маленькую гориллу. Пытаясь разобраться в многоголосом галдеже, Кобурн так увлекся, что неосмотрительно высунулся из-за синтетической скалы. По его спине тут же пробежали мурашки - он встретился взглядом с Эккертом, лежавшим у ног инопланетян. Однако Кобурн не находил причин бояться своего сотоварища-землянина, тем более что гориллы и безволосые в пылу жаркого спора позабыли обо всем и вся. Кобурн выставил из-за скалы руку и слегка пошевелил пальцами в знак дружеского приветствия. Пусть раньше Эккерт хотел его убить, но теперь они были равны - два землянина на чужой планете, в окружении врагов.
- Вот он, второй! - завопил Эккерт, указывая прямо на скалу Кобурна. - Вон там он прячется!
Среди инопланетян мгновенно воцарилось молчание. Близоруко щурясь, они смотрели в сторону Кобурна. Тот припал к грунту, мысленно проклиная Эккерта и шепча Эрике душераздирающие слова прощания. Что до Пэтси, то он воспользовался случаем, чтобы дать деру. Со звериным проворством он вскочил на ноги и пустился наутек. Двое инопланетян пытались его перехватить, но Эккерт, увернувшись, легко вспрыгнул на большой валун и соскочил с другой стороны. И с треском провалился. Там, где он только что стоял, зияла черная дыра с рваными краями, из которой доносился отчаянный, переходящий по закону Допплера в басистый стон, крик. Видимо, Эккерту было еще очень долго лететь до дна.
- Я так и знал, что здесь есть тонкие заплатки, - заметила одна из горилл. - Мильдо опять решил сэкономить стройматериалы.
- Это к делу не относится, - раздраженно оборвал его безволосый. - Пойдемте-ка осмотрим те скалы.
Отряд, совсем как в прошлый раз, рассыпался по местности и двинулся на Кобурна. Это напоминало пластинки веера, сходящиеся к ручке. Кобурн неуклюже поднялся и побежал, инстинктивно держа курс на зеленое сияние ворот - Хватайте его! Убейте его! - закричал один из инопланетян Кобурн нехорошо выругался, узнав гнусавый голос самого малорослого, которого уже успел окрестить про себя главным вредителем. Кобурн всегда хорошо бегал, но сейчас - подгоняемый страхом, что его схватят или что он провалится внутрь горы - он буквально летел по снежному склону, не чуя под собой ног. Инопланетяне плелись далеко позади, а зеленое сияние впереди все разгоралось, пока не обернулось уже знакомыми воротами. У одного из черных столбов по-прежнему лежала убитая горилла.
На первом этапе забега Кобурну казалось, что он вот так, не снижая скорости, может обежать вокруг всей планеты, но теперь - после первого же километра - силы быстро иссякали, а гиканье инопланетян слышалось прямо за спиной. Он доковылял до ворот, шагнул одной ногой за светящийся прямоугольник - и тут же выдернул ногу обратно. Гималайская зима голодным зверем впилась в его тело
Шумно дыша и захлебываясь соленым потом от изнеможения, он опустился на снег. Выбирать ему особенно не из чего - либо весьма скорая смерть в холодных снегах Эвереста подлинного, либо очень скорая смерть от рук инопланетян на Эвересте поддельном. Кобурн избрал последнее, в основном потому, что это избавляло его от необходимости снова вставать. Крики преследователей становились все громче.
"Вот и все. Эрика, - думал он. - Я любил тебя."
Потухшими глазами он огляделся по сторонам, пытаясь настроиться на философски-стоический лад, но зрелище уродливого тела мертвой гориллы не особенно успокаивало. Длинные шерстинки безжизненно шевелились на ветру. Под ними блеснуло что-то медное. Украшения? Кобурн дополз до бездыханного тела, запустил руку в шерсть и обнаружил застежку-"молнию", идущую от подбородка существа до его паха.
Его лицо просияло - он догадался. Подняв голову, он увидел скачущий по скалам авангард погони. Зеленокожие бежали впереди. У Кобурна было не больше минуты. Он растегнул "молнию" на теле гориллы, сорвал с ее лица звериную маску и обнаружил внутри мертвого инопланетянина - такого же лысого и зеленокожего, как остальные. Шерстистый покров оказался маскировочно-защитным костюмом для нелегальных прогулок по Земле.
Подвывая от возбуждения и страха, Кобурн вытряхнул инопланетянина из его кокона. Крики преследователей, заметивших его действия, стали тревожнее. Еще миг - схватят. Кобурн влез в мешковатую шкуру, натянул на голову шлем с обезьяньей маской и, не застегивая "молнии", нырнул в ворота как раз в тот момент, когда сильная зеленая рука попыталась ухватить его за шерсть на спине.
Ветер Гималаев, невероятно колючий и холодный, ворвался в распахнутую обезьянью шкуру. Кобурн неловко застегнул костюм руками в перчатках и поспешил ретироваться от ворот, которые с этой стороны представляли собой два обычных черных столба. Дул свирепый ветер, на неровном склоне было почти невозможно удержать равновесие, но убраться подальше было просто необходимо. Инопланетяне в костюмах, более неповоротливые, чем их одетые по-летнему собратья, еще не подоспели к воротам, но очень скоро они всем скопом ринутся ему вдогонку.
Кобурн побрел сквозь слепящие снежные вихри. Минут через десять он почувствовал, что ушел от погони, спусят час стал абсолютно уверен, что больше никогда не увидит зеленокожнх инопланетян. Правда, он начал подозревать, что вообще больше никогда никого не увидит. То был Эверест, грозный царь Гималаев, вокруг бесновались торжествующие стихии, а у Кобурна не было ни снаряжения, на знаний, чтобы найти дорогу к людям.
Он упрямо переставлял ноги, стараясь по возможности двигаться под гору и надеясь только на прочность отопительной системы костюма. Однако постепенно он начал выдыхаться. Он все чаще оступался и, упав, уже не торопился вставать. В конце концов дальнейшее продвижение стало бессмысленным. Кобурн сел на камень и стал ждать, пока снег заметет его с головой, и следа не оставив от его жалкого, бесплодного существования. Он отрешенно приготовился погрузиться в вечный покой...
Не прошло и тридцати секунд вечного покоя, как сверху на него внезапно опустилась грубо сплетенная сеть. Его швырнуло на снег
Кобурн с испуганным криком попытался высвободиться, но жесткие веревки еще крепче впились в его руки и ноги. Он понял, что все же попался в руки инопланетян, и на этот раз его живым не отпустят. Импровизируя ругательства на галалингве, он отчаянно пытался встать на ноги, чтобы умереть стоя, как подобает мужчине, но сокрушительный удар по основанию черепа не позволил Кобурну осуществить даже это скромное желание. Погружаясь во тьму, он успел заметить, что атакующие были одеты в обычные земные горнолыжные костюмы...
О последующем временном отрезке Кобурн мало что помнил. Большую его часть он был без сознания, но иногда, полуочнувшись, понимал, что сеть с ним волокут по снегу. Когда к нему вернулся дар речи, он попытался было запротестовать, но обнаружил, что рот обезьяньей маски намертво захлопнулся, и сказать что-либо членораздельно просто невозможно. Кобурн сдался и, откинувшись на спину, сосредоточил все усилия на том, чтобы уворачиваться от острых камней, в изобилии попадавшихся на дороге. Несколько минут спустя отряд остановился. Один из присутствующих откинул забрало своего лыжного шлема,
- Один есть! - крикнул он по-английски кому-то, кто был невидим Кобурну. - Мы поймали йети!
- Вот здорово! - отозвался женский голос.
Кобурн возмутился, что его считают животным и соответсвенно с ним обращаются, но при звуке этого голоса позабыл обо всем. Он сел и стал отчаянно дергать за язычок "молнии".
Женщина опустилась на колени перед ним.
- Мой йети, - выдохнула она. - Мой собственный йети!.
Кобурн, наконец-то справившись с "молнией", сорвал с головы свою обезьянью маску,
- Эрика, - произнес он. - Моя собственная Эрика!
- Бог ты мой, - пробормотала она изумленно. Потом ее лицо расплылось в лучезарной улыбке, над которой не был властен даже холод: - Ах ты мой глупыш, ах ты мое чудо! А я ведь вправду поверила, что ты удрал в космос и позабыл обо мне.
- Ничего подобного, - ответил он, потянувшись к ней
- Подожди, здесь не место, - она помогла Кобурну подняться на ноги, - Надо доставить тебя под крышу, а то еще замерзнешь. И ты нам объяснишь, как так вышло, что ты пустился догонять мою экспедицию в обезьяньем наряде Не сомневаюсь, у тебя уже заготовлена какая-нибудь невероятная история.
Кобурн обнял ее за талию:
- Постараюсь что-нибудь придумать.



Боб Шоу. Невероятный дубликат